Биотопливо как двигатель цен: как этанол и биодизель конкурируют за культуры
Опубликовано · 2 мин чтения
Большая и растущая доля мировой кукурузы и растительных масел вовсе не становится ни едой, ни кормом - ее превращают в топливо. Один этот факт привязывает цены на агропродукцию к энергетическим рынкам и государственной топливной политике так, как еще несколько десятилетий назад не было, и это один из самых устойчивых структурных сдвигов спроса на современных аграрных рынках.
Кукурузный этанол и Renewable Fuel Standard
В США Renewable Fuel Standard устанавливает минимальные объемы биотоплива, которые ежегодно нужно добавлять в национальное снабжение топливом, и кукурузный этанол - безусловно крупнейшая отдельная категория, которой его выполняют. Это требование создало большой, относительно стабильный базовый уровень спроса на кукурузу, существующий независимо от продовольственного и кормового спроса: в среднем году на производство этанола сейчас идет примерно треть урожая кукурузы в США. Государственное требование к минимальному объему ведет себя иначе, чем обычный спрос: оно устанавливает нижнюю границу того, сколько кукурузы нужно топливному сектору, независимо от того, насколько дорогой становится кукуруза, - вплоть до момента, когда экономика смешивания действительно перестает сходиться.
Соевое масло, биодизель и рынок растительных масел
Та же динамика действует и для растительных масел. Соевое масло вместе с пальмовым и другими растительными маслами - сырье для биодизеля и возобновляемого дизеля, и биотопливный спрос на эти масла вырос достаточно, чтобы заметно сместить баланс на более широком рынке растительных масел - рынке, где соевое, пальмовое, рапсовое и другие масла в определенной мере заменяют друг друга, так что вызванный политикой рост спроса на одно обычно тянет вверх цены и других. Пальмовое масло - особенно важная часть этой картины в мировом масштабе: это растительное масло с самым большим объемом производства в мире, широко используемое в пищевых продуктах и все чаще также как сырье для биодизеля, особенно в странах-производителях вроде Индонезии, которые имеют собственные внутренние требования по биодизелю. И американский RFS - не единственное требование, формирующее этот рынок: Директива ЕС о возобновляемой энергии устанавливает собственные обязательные цели по возобновляемому транспортному топливу для стран-членов, что является отдельным, существенным источником спроса как на европейское рапсовое масло, так и на импортные растительные масла.
Почему это связывает цены на культуры с ценами на нефть
Как только значительная доля спроса на культуру происходит из замещения топлива на основе нефти, экономика этой культуры начинает следовать за ценами на энергоносители, а не только за продовольственными и кормовыми факторами. Когда цены на сырую нефть растут, биотопливо становится привлекательнее по сравнению с ископаемым топливом чисто по стоимости, что может направлять больше сырьевой культуры на топливо и усиливать давление на рост цен, - и связь может действовать и в обратном направлении, когда цены на энергоносители падают. Отчасти поэтому цены на кукурузу и соевое масло могут двигаться на новостях энергетического рынка, которые напрямую не имеют ничего общего с сельским хозяйством.
Источник спроса, который больше о политике, чем о рынке
Биотопливный спрос структурно отличается от обычного продовольственного или кормового тем, что его в значительной мере определяют государственные требования и цели смешивания, а не потребители, напрямую решающие покупать больше. Это делает биотопливный спрос на кукурузу и растительные масла относительно устойчивым к цене - требование не обязательно сокращается лишь потому, что сырье подорожало, - но это также означает, что изменение политики, а не только шок предложения или спроса, может изменить, сколько культуры топливный сектор поглощает из года в год.